ОТ "ПСИХОЛОГИИ ОШИБКИ" К "ПСИХОЛОГИИ РАЗВИТИЯ" Щедровицкий П. Г.

3 декабря 2013 - FAN

 

1. Всякая фиксация "ошибки" есть особая оценка строения или характера протекания деятельности. Квалификация предпологает, с одной стороны, квалифицирующего, а, с другой стороны, особые ориентиры оценки, которые позволяют квалифицировать ту или иную деятельность как ошибочную. Вместе с тем, всякая квалификация фиксирует некоторый "разрыв" между целями и результатами деятельности и лишь затем объясняет его 3тклонениями от необходимой (должной) структуры деятельности, заданной в некоторой норме или, точнее некоторой (той или иной) нормой деятельности. Наличие нормы есть условие и предпосылка оценки; при этом норма может задаваться как действительная, принятая самим действующим и в этом смысле как фактическая, либо как возможная (проектируемая) и удерживаемая только самим квалифицирующим. Заданная таким образом "ошибка" затем (как бы вторично) проецируется из квалифицирующей деятельности, где она сформирована, в рассматриваемую систему деятельности и трактуется теперь, как нечто присущее самой деятельности.

2. Однако уже на этом шаге возникает целый ряд принципиальных трудностей. Зафиксированное расхождение, несоответствие результата и цели, проинтерпретированное ка "ошибка" будет той или иной "ошибкой" в зависимости от того, в какую более широкую систему относится оцениваемая деятельность и с какой нормой производится сопоставление. Однако сама норма в деятельности весьма относительна: нормальной будет всякая деятельность, приводящая к результату соответствующему намеченным целям; следовательно процессуальное устройство, операциональный состав и многие другие существенные компоненты деятельности остаются как бы за рамками "нормирования" и не могут подвергаться прямому оцениванию. Во всяком случае, за-дание, выявление или, точнее, конституирование ошибки предполагает по крайней мере три различных плана: а) соотнесение с нормой или интенция на норму и нормативное описание деятельности, б) соотношение и связь цели и результата деятельности, и в) общее представление о способе преодоления " разрыва" и дальнейшем развертывании деятельности.

3. Действительно, одна из традиционных и стандартных "ошибок" при определении ошибки и квалификации деятельности состоит в том, что "ошибку" определяют безотносительно к расхождению между целями и результатами, ориентируясь исключительно на нормативное описание деятельности, и исходя из расхождения между актуализированной деятельностью и некотрым ее формальным образцом. В это случае аналитик, выявляющий ошибку, подменяет цели практической деятельности своими собственными целями и представлениями. В принципе, он конечно может объявить некоторую деятельность ошибочной на том основании, что она не соответствует выбранному им образцу, но этого не достаточно, чтобы зафиксировать " ошибку" общезначимым образом. Действующий, обладая соответствующей авто-рефлексией, ориентированной прежде всего на достижение целей, может утверждать, что он не допускал ошибка. Следовательно, признание ошибочности некоторой деятельности предполагает сложные процедуры "заимствования позиции" и имитирующего мыслительного "проигрывания" телеологической структуры квалифицируемой деятельности.

4. Такое "заимствование позиции" может быть заменено открытой коммуникацией между действующим и квалифицирующим. Тогда признание ошибочности ставится или может стать обоюдным, и действующий и аналитик соглашаются, что действие было ошибочным (или, иначе, что допущена "ошибка"), но во всех случаях это согласие должно быть дополнено соответствующей рефлексивной процедурой и указанием на то, какая именно ошибка была допушена. Этот переход требует совершенно другого подхода к "ошибке" и другого способа анализа деятельности. Во всех случаях, выделение "ошибки" предполагает: а) оценку действия как ошибочного, б) фиксацию категорий в соответствии с которыми определяется ошибка, в) систему сопоставлений акта действия с образцами или проектами, в результате которой строится "схема" ошибки, г) свертку полученной схемы в форму характеристики исходной деятельности и д) рефлексивно мыслительную оценку и квалификацию самой ошибки (сто выводит нас немного в другой план анализа и рассмотрения проблемы "ошибки").

5. Однако достаточно часто, обращение к прямой коммуникации между действующим и квалифицирующим по вопросу о признании "ошибки" не может в принципе привести к взаимопониманию, поскольку квалифицирующий заведомо ориентируется на другую систему деятельности и интенционально фиксирует другой тип нормы, чем сам действующий. Из различных возможных здесь случаев интересно рассмотреть один, связанный с различием категориальных отношений "цель-результат" и "цел-продукт". Определение результатов некоторой деятельности как продуктов того или иного типа, по всей вероятности, может быть произведено только из более широкой системы деятельности, учитывающей не только и не столько соотнесенность с целью, сколько связность данного акта деятельности с другими актами, находящимися в кооперативной связи с рассматриваемым актом деятельности. Другими словами, продуктом тот или иной результат становится только в том случае, если он использован, как продукт другой деятельности, непосредственно не связанной с квалифицируемой. В этом случае расхождение в оценке деятельности как ошибочной, может быть связано с тем, что квалифицирующий прежде всего относится к более широкой системе деятельности и рассматривает отношение "результат-продукт", а сам действующий в своей авторефлексии фиксирует лишь связку "цель-результат", не принимая во внимание кооперативных и продуктивных аспектов своей работы.

6. Преодоление данной трудности в оценке деятельности может быть достигнуто в том случае, если спм действующий заимствует позицию квалифицирующего в плане учета более широких деятельностных рамок, и тем самым, получает возможность иначе оценивать свою деятельность. Во всех случаях, квалификация некоторой деятельность как "ошибочной" должна опираться на восстановление телеологической структуры деятельности (в том числе и коллективной). Однако, здесь возникает вторая группа трудностей, связанная с переходом от признания "ошибки" к ее очерчиванию и артикуляции. Действительно, фиксация "ошибки" как в плане выявления телеологических структур коллективной и индивидуализированной деятельности, так и в плане привлечениянекоторых нормативных представлений, образцов и эталонов деятельности - теснейшим образом связана с проектами и планами развития деятельности, а вместе с тем, на следующих шагах с проектамии программами развития отдельных единиц, фрагментов и организованностей деятельности. Выявление таких направлений развития деятельности и соответствующих изменений нормативной базы для оценки составляет особую тему и особую проблему.

7. Вместе с тем следует утверждать, что квалификация некоторой деятельности как ошибочной и артикуляция "ошибки" вне и помимо анализа каналов и траекторий развития деятельности в принципе малоэффективна. Действительно, можем ли мы отдельть и отслоить план "ошибочной" реализации действия в условиях коллективно-кооперативной организации от тенденций обособления и автономизации некоторых деятельностных структур? Что дает нам основание для отделения творческой эволюции деятельности от простого отклонения от нормы? Где границы между "ошибкой" и поиском новых форм организации и реализации деятельности? На все эти вопросы мы не можем ответить не рассматривая каналы, механизмы, и зоны ближайшего развития мыследеятельности, которые в этом смысле, являются условиямии предпосылками выбора адекватных эталонов и образцов, норм и нормативных описаний деятельности? Это вместе с тем означает, что выделение и квалификация "ошибок" в узком смысле слова возможна только в рамках функциолнирующих систем, своего рода деятельностных консерватах; либо в системах для которых уже установлена и предопределена некоторая стандартная линия изменения, трансформации и развертывания.

8. Таким образом, минимальная система деятельности, в которой может быть произведена квалификация деятельности и выделение "ошибки" оказывается достаточно сложной. С другой стороны выявление зависимости между способами категориального и системодеятельностного анализа (например, в категориях "результат-продукт") и квалификация ошибки, заставляет нас разделять:

  • сами "ошибки" взятые в их единичном толковании (по понятию ошибки);
  • типологию ошибок, которая представляет собой конструктивное и искусственно-техническое (методическое) образование в контексте анализа деятельности. Типология ошибок может и должна создаваться во внешней по отношению к деятельности и ее квалификации позиции. Однако это иная позиция чем та, из которой мы все время рассуждали; если процедура выявления ошибки предпологает фиксацию отклонений, учитывающих как различные расширения рассматриваемых деятельностных структур и систем, так и различные траектории развития и развертываниядеятельности. Ясно, что здесь должна быть применена некоторая систематическая процедура.

9. Такого рода систематическая типологизация ошибок (как впрочем, и выведение каждой отдельной ошибки) задаются и определяются онтологическим видением систем деятельности. Именно поэтому типология ошибок оказывается прямо зависимой от типологии самих деятельностей. Но, чтобы организовать типологию деятельностей мы помимо систематического аспекта должны учесть и основные направления развертывания самой деятельности. Поэтому такая типология деятельности оказывается генетической типологией и во многом зависит от решения вопроса описания и анализа развития деятельности и ее отдельных организованностей. Вместе с тем, мы можем двигаться в рамках формальной типологии и выделять, соответственно:

  1. отклонения в материале деятельности, в частности разрывы между функциями и наполнением при фиксирванных деятельностных структурах;
  2. разрушения или принципиальную неполноту самих деятельностных структур (однако, как показывает анализ, принципиальное решение о полноте деятельности может быть принято только на основе анализа возможных тректорий развития деятельности);
  3. расхождение между внутренними и внешними оценками (в частности в рамках сопоставления нормы коллективной деятельности и индивидуализированной реализации части, фрагмента сложной деятельности);
  4. неправильная процессуальная организация (несвоевре менность, неправильное фазирование, нарушение члененности деятельности и т.д.).

10. Вместе с тем, мы должны признать, что построение достаточно полной типологии "ошибок" является в лучшем случае идеализированным проектом организации деятельности; при квалификации приходится опираться на имеющуюся карту "ошибок" и наличное представление о структурах и процессах деятьельности. В этом плане, типология возможных ошибок замещает отсутствующие представления о развитии деятельности и в некотором роде отсутствующие нормативные описания: образцы и эталоны деятельности. Тогда мы вынуждены рассматривать иной поворот всей темы: кому и зачем нужна та или иная типология ошибок, и как может быть осуществлена реорганизация деятельности вне и помимо а) "квалификации деятельности и выделения ошибки на базе нормативных представлений и проектов развития деятельности и б) помимо коммуникации и взаимодействия между квалифицирующим и действующим, направленной на фальсификацию представления об ошибке, вырабатанной в рамках оценивающей деятельности. Ясно, что такая реорганизациядеятельности вынуждена работать по прототипам и рассматривать каждую новую деятельность и новую ситуацию по образу и подобию бывших ситуаций и имеющихся образцов реорганизации.

11. Оставляя вопрос о правомерности реорганизации деятельности на базе прототипов и частичной и фрагментарной карты "ошибок!, следует подчеркнуть, что анализ деятельности в плане выявления "ошибок" является регулярной процедурой самопознания и саморазвития деятельности - как в плане выделения норм и образцов, так и в плане проетирования возможных линий развития деятельности. Во всех случаях такая раюота развертывается на основе специфически оргпнизованной и направляемой рефлексии, которая делает своим предметом различные стороны и аспекты осуществляемой деятельности и ее контексты. Следует также подчеркнуть, что ряд рефлексивных способов осмысления и анализа деятельности в плане выяаления ошибок тесно смыкается с ииследованием деятельности: там где рефлексия перестает быть рефлексией деятельности в целом и начинает расслаиватьсяи своей интенциальной направленности на тот или иной тип содержания - там происходит своеобразная предметизация рефлексии и принципиальное изменение ее качественной структуры.

12. В этом же контексте должен быть поставлен вопрос о развертывании материала, включенного в деятельность. При этом центральной линией анализа становится не вопросы развития и изменения организованностей мыследеятельности по правилам и "законам" самой МД и ее систем, как материала рассматриваемого с точки зрения его соответствия деятельности, а вопросы самостоятельного существования этого материала - вне и помимо самой деятельности, а во многом и вопреки ей. Такой анализ лежит уже не в плоскости анализа "ошибок", а скорее в плоскости анализа "развития" МД, вчастности, за счет и через механизмы воздействия на МД того или иного материала ее. Такойповорот анализа требует категориальных средств и иной методологии; вместе с тем, распространения такого рода новых "схем" методологического анализа делает возможным принципиальный переход от психологии ошибок, которая легко может быть узнана в своих основных допущениях и способах работы сквозь призму проделанного методологического рассуждения, к психологии развития, которая еще должна быть построена на новом методологическом фундаменте.

Комментарии (0)
Кто онлайн?
Пользователей: 0
Гостей: 0
Сегодня были:
Сегодня зарегистрированные пользователи не посещали сайт